?

Log in

No account? Create an account

rovego

Записки жизнерадостного пессимиста

Люди без чувства юмора здесь не выживают


Previous Entry Share Next Entry
rovego

!

Читал на досуге старую прессу по интересующей меня теме. Не могу удержаться от того, чтобы не привести в своем ЖЖ отрывки из интервью разных лет с Игорем Губерманом. Очень остроумный человек.

В соседнем с моим лагерем сидел старый еврей, «бытовик», что-то украл у себя на заводе. Фамилия у него была — Райзахер. Так ему дали кличку — Меняла.

Я заметил, что ваши поздние стихи, больше печальны, чем смешны…
А вы поживите с мое — тоже огорчитесь.

Как относитесь к жене?
Жену я боюсь. Очень. Очень люблю и поэтому боюсь. Думаю, это связанные вещи. Вообще мужик, который не боится свою бабу, — он порочит наше мужское достоинство. Женщины все делают лучше нас. Просто из гонора мы не можем этого увидеть. Не хотим.

Журналисты попадаются разные. Приходит как-то девка молодая и с легким стеснением говорит: «Игорь Миронович, вы меня извините и поймите правильно. Я работаю в газете «Вечерняя Москва» третий день. Мне сказали: езжай к Губерману и бери у него интервью. Скажите, чем вы занимаетесь, а то я даже не знаю». Я решил покуражиться и отвечаю: «Девочка, я очень знаменитый гинеколог и дикий профессионал. Если у вас есть какие-нибудь неполадки, сейчас мы все сделаем. И даже перчаток не нужно». Потом, конечно, все надиктовал…

Два года назад я достиг пика известности. Меня в Испании, в Мадриде, в музее Прадо, в мужском сортире опознал русский турист. Стоим мы, друг на друга не глядя, тесно прижавшись к своим писсуарам. (Почему тесно, вы знаете, да? В старой Одессе над писсуарами часто бывала надпись: «Не льсти себе — подойди поближе»). Вдруг он наклоняется к моему уху: «Вы ли тот Губерман, который пишет стихи?» Я говорю: «Я». И он, не прерывая процесса, стал мне жадно комплиментарные слова на ухо шептать. А я в это время вижу, как он из правой руки перекладывает в левую, чтобы пожать мне руку! Я не стал дожидаться и спешно ретировался.

Я на радио в Израиле работаю. Наша студия находится в Иерусалиме, а центральная контора — в Тель-Авиве. Там адрес такой: Тель-Авив, улица Леонардо да Винчи, 2. Один поклонник отправил письмо. На конверте было написано: улица Микеланджело, 3. И оно дошло!

Потрясающе изменились люди. Я ведь езжу 15 лет - знаете, появилось безумное количество свободных людей. Это видно по посадке головы, по тому, что не боятся улыбаться. Раньше ж мы все были лагерники, хмурые люди. Ты на человека смотришь, а он тебе не улыбается. А тут стали улыбаться, это первый признак небоязни, раскрепощенности и свободы. Причем их же никто не учил, как американов. В России все были хмурые, потому что в лагере нельзя улыбаться, улыбка - это признак слабости, это заискивание, а не приветливость и доброжелательность. Просто разные знаковые системы. Прямее стали спины... Ну, я уже не говорю об одежде. Это внешняя часть. С немыслимой силой растут города. А народишко голодает и мрет, как всегда в России. Так что сколько я могу сказать хорошего, столько же я могу сказать плохого.

А есть у вас самый любимый собственный стих?
Нет... я об этом просто не думал. Я написал их такое количество... чудовищное. Я типичный графоман. У вас графоман - ругательное слово, а это обязательно для любого писателя... Вот Лев Толстой был графоман. Графомания - это страсть заносить крючки на бумагу. Без нее писатель невозможен... Речь о том, есть ли при этом искра Божья.

Я вообще советов никому не даю, никогда. Я гораздо меньший дурак, чем кажусь.

Если столько стихов посвящено пьянству, наверняка вы себя должны ощущать и называть...
Да-да — пьяницей, в чистом виде. Я понимаю, что это слово, во-первых, компрометирующее, а во-вторых, немножко медицинское. Но, вы знаете, врачи делят людей на практически непьющих, алкоголиков и бытовых пьяниц. Вот именно бытовым пьяницей являюсь и я, и практически все мои друзья. Потому что, обратите внимание, очень емкое понятие: бытовые пьяницы — те, кто в быту пьют.

Но в нашей стране, наверное, под такое емкое, как вы говорите, понятие подпадают едва ли не все.
Я встречал непьющих: очень неприятные и подозрительные люди, вам скажу. У меня даже был такой стишок: «Ох, я боюсь людей непьющих — они опасные приятели. Они потом в небесных кущах над нами будут надзиратели». А в годы, когда я жил по-настоящему, то есть в 60 — 70-е, непьющий человек был еще подозрителен и тем, что мог запросто оказаться стукачом.

Но брак — это все равно какое-то закрепощение, не правда ли?
Да, конечно. Это добровольное взятие на себя сужения горизонта своих возможностей.

Немного печально становится от ваших слов.
Совсем не печально. Труден лишь переход к этому сужению. Это как повешенный: сначала дергается, а потом привыкает к удавке и висит уже спокойно.

Buy for 100 tokens
Нет, молодой человек Денис Коновалов, который успешно делал карьеру на телевидении, приехав в Москву из Кузбасса, совсем не покончил с собой, как корреспондент НТВ Никита Развозжаев. И поэтому я не очень понимаю, почему было так сложно озвучить его диагноз, чтобы публика не строила нелепые домыслы.…

  • 1
в лагере нельзя улыбаться, улыбка - это признак слабости, это заискивание
вот оно в чём дело, оказывается

  • 1